Заказ звонка
* Представьтесь:
* Ваш телефон:
Сообщение:
* - поля, обязательные для заполнения
Заказать звонок
+7(495)748-6959
+7(499)394-0730
Акции
 

Закаты Бонайре
 «Октопус», № 2(56) 2008, стр.092-098
Перефразировав крылатое изречение классика о том, что театр начинается с вешалки, применительно к туристическим поездкам получим, что всякое путешествие начинается с перелета. И далеко не всегда эта «вешалка» доставляет удовольствие. Чаще наоборот. Но с этим невозможно бороться. К этому следует привыкнуть. Несмотря на свои габариты, Боинг-747 явно не предназначен для перевозки взрослых пассажиров. Ноги девать просто некуда. Компромиссным решением было сразу же после взлета, не откладывая на потом, сразу же «защемить». И прихваченная в Duty Free, по случаю, бутылочка Hennessy была призвана поспособствовать тому наилучшим образом. Особенно, если учесть, что путь предстоял неблизкий – аж в южную половинку шарика с противоположной стороны, на один из группы Подветренных островов в Карибском море - остров Бонайре. Этот островок из цепи Малых Антильских островов давно привлекал внимание охочих до новых мест нырялки «ластоногих» из Арт-Экстрим Клуба.

Остров Бонайре (Бонэйре), расположенный в 80 км севернее венесуэльского побережьяявляется вторым по величине островом, входящим в состав Малых (Нидерландских) Антильских островов - 
самоуправляемых территорий в составе Королевства Нидерландов. Кроме того, Бонайре (Bonaire), наряду с Кюрасао (Curacao) и Арубой (Aruba) относится к группе Подветренных островов в составе Малых Антильских островов, в то время как острова Саба (Saba), Сент-Эстатиус (St. Eustatius) и Сен-Мартен (St. Maarten) входят в состав Наветренных островов тех же самых Антил. В свое время междоусобные войны европейских метрополий настолько закружили головы местному населению, а местные правители так «намутили», что сегодняшнее население с трудом представляет, какой монархии принадлежит тот или иной кусок местной островной суши. Например, население Сен-Мартена не особенно вникает в хитросплетения современной политики, в то время как южная часть острова контролируется нидерландской администрацией, а северная – французской. Сегодня Бонайре имеет собственный избираемый законодательный орган, Совет министров и вице-губернатора. Протяженность острова с севера на юг - 40 км, с запада на восток - 8 км, площадь в 290 км². Остров представляет собой вершину подводных возвышенностей материкового шельфа, обрамляющего южноамериканский материк.
 
Название острова произошло от индейского слова "бонай", что на языке индейцев кайкетиос означает "низкая земля". Так что совпадение с французским "bon aire" ("хороший воздух") - чисто случайное. Впрочем, воздух тут действительно чистый. И вкусный, что ли...
Бонайре - это абсолютно нетипичный тропический остров. Без пальм. Вместо них на севере растут тропические сухоцветы. На юге находятся солончаковые пески, густо поросшие мангровыми деревьями, в которых живут колонии розовых фламинго. Заповедник Пекелмеер на Бонайре — самое большое гнездовье фламинго в западном полушарии. Низменное побережье Бонайре к северу медленно повышается, постепенно переходя в холмистую область, окруженную лагунами и заливами национального парка «Вашингтон-Слагбаай», где находится холм Брандарис, являющийся высочайшей точкой острова (241 метр). В восточной части Бонайре располагается залив Лак, благодаря которому остров приобрел славу настоящего рая для любителей виндсерфинга.
Парк «Вашингтон-Слагбаай» открыт в 1969 году и занимает 13,5 тыс. акров (20 % территории острова), покрытых кустарником холмов и озер, изрезанных многочисленными пешими тропами. Парк занимается охраной природных комплексов аридных земель, зарослей высоких кактусов, мест гнездований розовых фламинго, а также многочисленных разновидностей попугаев, летучих мышей, игуан, ящериц, одичавших коз и около 200 видов птиц. В парке в неприкосновенности сохраняется животный и растительный мир острова. Последовавшее после испанской колонизации нашествие ослов, как ни странно, не слишком испортило характер здешней фауны, хотя и сделало природную среду чуть более нервной. Впрочем, от местных кошек, завезенных из той же Европы и впадающих в истерику по любому пустячному поводу, местные игуаны отличаются потрясающей сдержанностью.
В водах вокруг острова зарегистрировано более 450 видов рыб, четыре разновидности морской черепахи и около 70 видов водорослей. Протяженный коралловый риф, который окружает остров Бонайре, с 1979 года имеет статус Национального морского парка, причем под охраной находится весь подводный мир от поверхности моря до глубины в 60 метров. По разнообразию форм жизни и красоте у здешних рифов конкурентов в Карибском бассейне нет. Воды вокруг острова объявлены зоной, закрытой для промысла, поэтому нырять здесь так же приятно, как и в других местах, где не стучат винтами сейнеры и танкеры.

Климат на острове субэкваториальный, сухой, дождей мало, а восточное побережье острова защищено от ветров, море круглый год безмятежно спокойно. Ила и взвеси почти нет, вода теплая - 25-28°C - чистая и прозрачная, видимость обычно от 30 до 50 метров, то есть для подводной съемки условия практически идеальные. Тем более, что в местных водах возле острова водятся морские черепахи, дельфины, осьминоги, кальмары, скаровые рыбы, барракуды, рыбы-хирурги и другие манерные фотомодели - одних только рыб здесь более 300 видов.
 
Среднегодовая температура воздуха составляет +30°С, что нас, россиян, живущих по полгода в условиях холодной и сырой погоды, не может не радовать. Бонайре подвержен действию пассатов, благодаря которым здесь чрезвычайно приятные, слегка прохладные вечера. Остров достаточно засушливый, наибольшее количество осадков приходится на период между октябрем и мартом. С мая по август наиболее ветреный период. Остров расположен вне пояса ураганов, что опять-таки греет душу европейцев, перепуганных наделавшим шума последним цунами в Юго-Восточной Азии.

Многочисленный зарубежные и отечественные сайты все чаще предлагают своим посетителям отдых на Бонайре, что обусловлено многими причинами, но в первую очередь – мягким климатом острова и развитой инфраструктурой. Отели Бонайре, по уровню сервиса и разнообразию предоставляемых услуг, занимают одну из лидирующих позиций. Туры на Бонайре предоставляют дайверам не только отличную возможность «мочить жабры» в местных водах, но и идеально подходят для тихого отдыха на лоне природы, позволяющего «оттягиваться» на пляже, «зависать» в ресторанах и кафе днем, а также «зажигать» на дискотеках по ночам.

Forbes опубликовал собственный список лучших мест для дайвинга. Список не бесспорный: авторитетное издание не включило в тройку призеров египетскую часть Красного моря, что для россиянина, признайтесь, как-то неестественно. Тем не менее, наряду с такими дайв-сайтами, как «Blue Corner» на Палау, «Lighthouse» в Белизе и рифы филиппинского Корона, четвертое место занял Бонайре, где дайвинг разрешен 24 часа в сутки. Причем все места для дайвинга доступны прямо с пляжа, и если ваша половина не любит нырять, то она может вполне найти себе развлечение неподалеку от вас. Дайвинг на Бонайре признается более предпочтительным и интересным благодаря местному шельфу и обширным коралловым колониям, которым уступают подводный пейзаж и завораживающие остатки затонувших кораблей, а также мягкие, твердые кораллы и разноцветные губки соседнего острова Аруба.
            
На Бонайре мы летели на разведку. Мы настроились на приключения. И они не заставили себя ждать уже в полете. Стюардесса «королевских авиалиний», издали завидев наши с Андрюхой неторопливые приготовления к «ублажению» измученных производственной текучкой организмов, «прямой наводкой» метнулась в нашу сторону. После длительных увещеваний, что Hennessy просто «пролетал» над рядами кресел только лишь для того, чтобы быть упакованным в другую ручную кладь, а так «ни-ни…», блюстительница «калээмовских» традиций оставила нас в покое, поселив в наших организмах засуху и безнадёгу на сладкий сон. Так что, имейте ввиду, дамы и господа – на «бортах» KLM строгие правила.

В Амстердаме нам предстояло торчать в аэропорту 15 часов. Для попавших в голландский «Shipholl» впервые, аэропорт кажется грандиозным сооружением. Прошедших же через терминал Куала-Лумпура этот нисколько не удивил. Андрюха забежал в местный «чипок» за очередным флаконом Hennessy (ибо первый был удачно «съеден» таки во время перелета в обход бдительной стюардессы, а предстоял еще один), где и умудрился оставить свою сумку с «Apex»-ом, в которой, кроме регулятора, был упакован еще и Uwatec. Прошло более получаса, прежде чем он хватился недостающей сумки, и каково же было наше изумление, когда, примчавшись в злополучный ларёк, мы увидели спокойно стоявшую у входа сумку и терпеливо караулившую ее старую японку. Мне показалось, что узкоглазая благодарность была более очевидна, нежели белозубая мордастая благодарность Андрюхи – кто знает, сколько бы ей пришлось простоять в ожидании!

Перелет на плече Амстердам-Банайре был одним из самых длинных перелетов в моей дорожной практике. Мало того, что всю ночь я не спал и наблюдал за неторопливым мельтешением буржуйских тел в пустынным аэропорту, так и перелет из Амстердама в Бонайре  занял почти 11 часов.  KLM на этом участке приятно поразил наличием виски в «алкогольной карте» (в отличие от перелета Москва-Амстердам), чем мы с Андрюхой не преминули незамедлительно воспользоваться, преследуя всё ту же благую цель – безмятежно забыться. Но… не склалось! Ужин был на уровне, однако с его предложением явно подзатянули. Мы с Андрюхой извертелись в ненавистных нам креслах, ощущая нешуточный голод еще за 4 часа до подлета к Бонайре. Я с тоской вспомнил батон колбасы, оставшийся в домашнем холодильнике и предназначавшийся к перевозке в ручной клади. Однако, создав излишек веса, батон был без всякого сожаления оставлен. А зря! Кормить же нас стали только перед самой посадкой на Антилах (что за странные традиции?!). Поэтому, всякому, собравшемуся в столь длительное путешествие, советую взять с собой провизию, дабы не покусать от голода соседей по перелету. Да, и хочу заметить, что «прайсы» на съестное в Амстердаме далеки по своему гуманизму от «Декларации прав человека» и не побуждали к покупкам. И какой-нибудь круассан, а паче того, сэндвич («туды его в качель!») обойдется вам где-нибудь в 5 единиц «еврейских денег». А вот ежели этот самый круассан рассматривать в качестве «закуси» к тому же Hennessy, то напиток сей вам будет точно весьма неприятен. Тут я с Вами, Владимир Вольфович, абсолютно солидарен. Однозначно!

Столица Бонайре г. Кралендейк встретил нас 28-градусной жарой. Это было довольно необычно после московской стужи, но вполне терпимо, учитывая присутствие невдалеке морских волн, разбивающихся о каменистый берег фонтанами брызг. Приятно было наблюдать такую картину после московских морозов. В местном забавном аэропорту мы около часа протолкались на регистрации, обалдев все же от жары. Всех прибывших пропустили через местных девушек (в смысле, сфотографировали с местными служительницами аэропорта). После этой приятной процедуры мы заполнили таможенные талончики (впрочем, эту процедуру можно было и пропустить). Таможня дала «добро» с использованием штампа, запятнав его оттиском совершенно чистые страницы паспортов. И вот мы, наконец, в Daewoo Cielo (южноамериканский аналог Nexia), оборудованной, естественно, кондиционером. Таксист был весьма вежлив, ездил весьма аккуратно и хорошо ориентировался в местных отелях. Насколько я понял, это присуще вообще всем местным водителям такси. В таких случаях единственное, что требуется от пассажира, - правильно произнести название отеля, или обозначить, что гость хочет от отеля. Все остальное сделает таксист. Наш «водитель 4-колесной кобылы», по дороге в город довольно подробно рассказывал и историю острова, и историю становления города. Я в него влюбился с первого взгляда. В город, естественно, а не в таксиста.
 
В крохотной столице острова, городе Кралендейк, сейчас проживает всего 1800 человек. Расположенный на берегу живописной гавани на западном побережье острова Кралендейк (в буквальном переводе "Коралловая плотина") является коммерческим центром Бонайре и его главным портом. Видимый с моря всего лишь, как небольшая группа невысоких зданий, окрашенных в мягкие пастельные цвета, он, тем не менее, содержит большинство правительственных учреждений острова, магазинов, гостиниц, торговых центров и старинных зданий (таможня, форт и др.), а также ресторанов и баров. Здесь практически нет каких-то особых достопримечательностей – пешком весь город можно обойти всего за пару часов. Но зато здесь сохранилась умиротворенная атмосфера "старой Голландии", привлекающая сюда за год в 12 раз больше туристов, чем живет в самом городе. В феврале – марте в Кралендейке проводятся костюмированные карнавалы.
 
Одна из главных достопримечательностей города – Форт-Орань (Форт-Оранж, XIX в), в котором сейчас расположены портовый офис, а также прилегающий к нему каменный маяк. Второй главной точкой притяжения является Museo Boneriano (Музей Бонайре), расположенный сразу за городской чертой, на Кайя-Сабана. Комплекс музея размещен в здании плантаторского дома середины XIX века, тщательно восстановленном до своего первоначального состояния в конце XX в. Здесь расположены довольно интересные экспозиции по истории и культуре индейских племен, населявших остров до прихода европейцев, плантаторскому делу, архитектуре и истории острова, а также живой природе, геологии и различным аспектам местной культуры. Напротив музея расположено старое здание маленького магазина, превращенное в наши дни в офис администрации и кассу музея.

Собственное население острова сейчас насчитывает около 10 тысяч человек. Официальный язык здесь голландский. Однако также распространены языки папиаменто, испанский и английский. Первыми известными его жителями были индейцы племени кайкетиос, представители племенного союза араваков, заселившие Бонайре приблизительно в X веке до нашей эры. Говорят, что сюда заплывали на своих пирогах и мореходы из легендарных майя.

В 1499 году на остров прибыли благородные доны Алонсо де Охейда и Америго Веспуччи и популярно объяснили аборигенам-кайкетиос, что теперь их остров принадлежит испанской короне. Индейцы были наивными язычниками и не знали, что значит принадлежать испанской короне, а потому возражать новоявленному правительству не стали. Испанцы по своему обыкновению попытались ограбить остров, но не сильно преуспели: грабить оказалось нечего. Само собой, виноваты в этом были бездельники-кайкетиос, которые не удосужились запасти для королевской казны ничего достойного внимания, вроде слитков золота и золотых украшений. За такое отношение аборигенов к королевской власти и вмененным обязанностям испанские «бригадиры» провели «показательную порку» индейского населения. Да и местная почва, по мнению «новых бонейровцев», была непригодна для возделывания сельскохозяйственных культур. Оставшихся недонаказанными индейцев-кайкетиос согнали на корабли и отвезли на остров Эспаньола (современный Гаити), оставив Бонайре практически необитаемым. В течение почти ста лет здесь жили только ссыльные поселенцы из стран Южной Америки, да бродили многочисленные стада крупного рогатого скота с ранчо испанского губернатора.

В 1526 году на острове теми самыми ссыльными поселенцами были основаны несколько животноводческих ферм, на которых выращивались лошади, ослы, овцы и, пусть никому не в обиду будет сказано, даже свиньи. Сбыт находили не столько мясо этих благородных животных, сколько кожи, шкуры и шерсть, а потому особого ухода, кормления и табунения все это скотство не требовало и бродило неприкаянным по всему острову, бесконтрольно размножаясь и постепенно дичая. И сейчас на Бонайре порой можно встретить не только форменных свиней и ослов, но даже и откровенных баранов. А тогда выделывание шкур превратилось в главное занятие антильских поселенцев.

Ввиду отсутствия на острове развитого экономического потенциала, местные жители вовсе не процветали. К тому же, на прибрежные деревни регулярно совершали «наезды» карибские пираты. Поэтому постепенно крупнейшими населенными пунктами острова стали Ринкон, находящийся вдали от побережья, и поселение в районе Антриол, севернее современной столицы острова. В настоящее время Ринкон представляет собой тихую деревню, в которой живы многие старинные традиции.

В 1633 году Бонайре был захвачен голландцами, мучавшимися комплексом неполноценности по отношению к испанцам. На острове воцарилась Голландская Вест-Индская Компания, которая активно приступила к разработке соляных отложений. Именно в это время для работы этой компанией на остров стали ввозиться первые туристы - африканские рабы, традиции которых оказали сильное влияние на местную культуру. Власть над Бонайре несколько раз переходила от одного европейского государства к другому, пока в 1816 году по Парижскому договору остров не отошел окончательно под юрисдикцию Нидерландов, которые видели в добыче соли постоянный источник дохода. Соляная промышленность и в настоящее время является основой экономики острова. Со строительством удобной гавани на Бонайре начал развиваться туризм: порт позволил принимать круизные лайнеры и облегчить снабжение острова необходимыми продуктами.

В 1863 году на острове было отменено рабство. В начале ХХ века новый импульс развитию острова дали нефтяные компании «Ройан Датч Шелл» и «Эксон», открывшие на Антилах предприятия по переработке латиноамериканской нефти. Нефтяная индустрия обеспечила островам значительное повышение уровня благосостояния и прирост населения за счет притока рабочей силы с других островов Карибского моря. Однако с начала 80-х гг. рентабельность нефтепереработки на Антилах стала снижаться.

На Бонайре несколько отелей. И все весьма приличного уровня. Нам сначала приглянулся очень симпатичный и хорошо расположенный отель "Sorobon Beach". С одной стороны, он находится приблизительно в 8 км от аэропорта с романтическим названием «Фламинго» и столицы острова. А с другой стороны - "Sorobon Beach" расположен на берегу Карибского моря, где мелкий залив защищен барьерным коралловым рифом, идеален для плавания, занятия дайвингом и виндсерфингом. Непосредственно на берегу моря с мелким коралловым песком  расположены 30 бунгало, выстроенные из дерева. Просторные террасы каждого бунгало обращены непосредственно к морю, откуда  открывается замечательный вид. Террасы снабжены шезлонгами и обеденным столом. Ну, чем не райское место для утомленного российского дайвера (белорусская принадлежность Андрюхи не в счет, ибо на этом острове пришлось очень долго и безрезультатно объяснять, в чем отличие такой принадлежности)!

Когда мы объяснили нашему таксисту, что хотели бы заселиться в "Sorobon", я бессознательно перехватил его удивленный и несколько заинтересованный взгляд. Он молча кивнул и подогнал машину к самой рецепции. Помог выгрузить багаж, получил оплату, но почему-то не уехал. И только у стойки рецепции мы обратили внимание на странную картину: на моле местного пляжа группа дайверов, сгрудившись в кучку, слушала своего инструктора. Но что самое интересное, на этих «ластоногих», кроме собственно самих ласт из одежды не было ничего. Мы испытали легкий шок, поскольку такого дайверского облачения мне до сего момента наблюдать не приходилось. Говоря словами одного из героев недавно прошедшего на 1-м канале кинофильма, перед нами была «картина маслом».

Очевидно, на наших физиономиях немой вопрос был настолько явно «прописан», что барышня-рецепционист с улыбкой нам объяснила, что "Sorobon Beach" – известный отель именно для размещения нудистов. Оказывается, с наступлением зимы американские нудисты, как аисты,  мигрируют из штата Флорида в более теплые края. Настоящим раем для них являются острова Карибского моря, расположенные между Кубой и северными побережьями Колумбии и Венесуэлы. Эти райские уголки популярны также и среди европейцев. Извинившись перед барышней, мы поспешили на стоянку такси. Наш водитель стоял на том же месте и с улыбкой открыл перед нами двери своей машины, помогая уложить чемоданы.
Еще раз проанализировав здешние отельные ресурсы мы, было, направились к отелю «Golden Reef Inn», расположенному в северной части стольного града. Все необходимое - магазины, рестораны, клубы - было под рукой. В отеле принимали кредитные карты, доллары и евро. Но водитель порекомендовал нам обратить внимание на другой вариант размещения – ресорт "Captain Don’s Habitat Bonaire". И мы потом не пожалели, что прислушались к совету ироничного таксиста. Ресорт предлагает размещение в номерах, коттеджах и виллах. Он интересен еще и тем, что это одновременно и курорт, и дайв-центр, в котором есть все, что нужно для полноценного дайвинга. Здесь есть и прокат снаряги в любой ее комплектации, весьма приличный магазин с хорошим выбором и даже ремонтное ателье для дайв-оборудования. В дайв-центре можно не только пройти нужные курсы в рамках бездекомпрессионного дайвинга, но и получить необходимые консультации по специальному и техническому дайвингу.
Дайв-центр располагает парком из собственных лодок, совершающих, как правило, три выхода в день на местные сайты. При этом можно, по желанию, принять участие хоть во всех трех выходах. А можно оттопыриваться на ближайших сайтах, погружаясь прямо с берега, хоть целый день до посинения чресел. Рифовые спуски в водах возле курорта начинаются уже в 10 метрах от берега. Причем, что важно, все службы, обеспечивающие дайвинг, находятся на берегу буквально в двух шагах от жилых помещений. Вообще, такое состояние дайв-индустрии характерно для всего острова Бонайре. Он знаменит как одно из пяти самых удобных для берегового дайвинга мест не только в Карибском бассейне, но и в мире!
Наш двухместный молодежный номер, как и остальные подобные номера в корпусе, располагал видом на море и имел кондиционер. Как правило, две двуспальные кровати на комнату, стол, холодильник,  отдельный санузел, кабельное телевидение, балкон или патио. Но за комплектацией номера кроватями надо проследить. Т.к. может получиться, что если вы семейная пара – вам могут достаться две раздельные кровати. В нашем же номере стояла одна громадная, как вертолетная площадка. Легкий флёр гедонизма витал в атмосфере острова. Мы уж, было, бросились искать острый меч, чтобы, согласно средневековым традициям, положить его посредине этого… аэродрома. Но, справедливости ради надо сказать, после нашего обращения этот номер нам с легкостью заменили на номер с правильной ориентацией. При заселении нам предложили установить в номере телефон с возможностью подключения к Интернету (карточки собственного провайдера продаются отдельно), что вызвало у нас с Андрюхой поначалу прения – никаких связей. В смысле - с внешним миром. Но Андрюха был намерен продолжать, хотя бы эпизодически, удаленную торговлю еще не купленным ресторанным оборудованием. Я сдался. И не пожалел. Интернет грузился отлично. Поэтому хочешь-не хочешь, но связь была.
Конечно же, нам понравились коттеджи отеля. Онирасположены в живописной тропической роще, в каждом из них могут разместиться в двух спальнях четыре человека. У каждого домика есть кухня, обеденный зал, ванная с душевой, просторные жилые помещения, патио для отдыха на свежем воздухе. В коттеджах уже установлены телефоны (с возможностью подключения Интернета) и кабельное телевидение. Этот вариант размещения получается даже интереснее. Но нас с Андрюхой было двое. А брать коттедж на двоих – это было бы уже экономически нецелесообразно. И уж совсем нескучным представляется отдых в местных виллах, расположенных в прибрежной полосе. Виллы двухэтажные, на каждом этаже - отдельные апартаменты, которые рассчитаны на двоих постояльцев. А можно снять и виллу целиком, но такой заказ следует разместить заблаговременно и только на субботу и воскресенье. В каждых апартаментах гардероб, зеркало, стул, маленький холодильник, кондиционер. Есть ванная с душем, кабельное телевидение, патио или балкон со столиком (можно обедать на свежем воздухе и с видом на море). Из всех вилл открывается превосходный вид на море и на Кляйн-Бонайре – небольшой необитаемый островок, площадью около 6 кв. км, к западу от острова, прямо напротив «Капитана Дона».

На мой взгляд, даже беззаветным любителям Красноморья я бы рекомендовал, хотя бы однажды, поднакопив немножко американских рублей, «размочить жабры» в коралловых кущах острова Бонайре. Ей-богу, лучше пропустить нырялку в Хургадинске и сеанс безделья на туретчине, но оттянуться в этих местах, чуточку приподняв местную экономику. Она того стоит! Да, здесь присутствует некоторая расслабленность в отношении наличия собственного гардероба. Иногда о нем вообще не заботятся и вспоминают только во время отбытия в аэропорт. Однажды, придя с нырялки, мы обнаружили на своем балконе мокрые женские трусики. Явно не наши... Наверное, какая-то барышня решила посушить их на нашей территории. А, может, вообще решила оставить их на время здесь, как не особенно необходимый ей элемент существования в этих условиях. Но на самом деле, эти непривычные пока еще для нас мелочи с лихвой компенсируются климатом, природой, океаном и ощущением полной беззаботности от всех дел, буйным подводным миром и великолепным дайвингом. Здесь, в номере мы по достоинству оценили высокие потолки, как элемент местной, уходящей корнями в колониальные времена, архитектуры, особенно днем, когда солнце заполняет все пространство комнаты своими лучами, пропущенными, как через решето, сквозь ажурные ставни с жалюзи. В такой атмосфере хочется забыть о московской спешке и просто наслаждаться жизнью и ничегонеделанием. Жаль, что времени у нас было не так уж много.

Уже через пять минут после заселения, бросив неразобранным багаж, мы удобно устроились на пляже. И если на Карибском побережье острова волна еще как-то чувствовалась, то здесь, в затишке на западном берегу, был полный штиль. После нашего омовения в местном море жизнь приобретала ярко выраженный карибский характер – мы впали в сомнабулическое состояние. Это состояние мы чуть позже усугубили рыбным блюдом, залакировав его холодным «пауланером». В местном ресторанчике изумительно готовят свежайшую рыбу. Например, Dorada с картофелем фри и салатом (авокадо, репчатый лук, огурцы) стоит всего 6 американских рублей. Тогда как в Москве это блюдо потянет минимум на 20 баксов. Можно было, конечно, заказать мясо островных ящериц, изготовленное по индейским рецептам 500-летней давности. Но в тот вечер впечатления уже зашкалили. Зато это блюдо мы попробовали двумя днями позже в ресторане «Onima», где, как говорят, его делают лучше всего. Впечатление восторга мы испытали!

Нам с Андрюхой доводилось видеть много разных пляжей, но этот был выше всяких похвал. Прежде всего, из-за какой-то особой расслабленной атмосферы. Длинная, полоса белого песка, большие пространства, мало отдыхающих, и расслабленная нега тропического равновесия. Уже в первый вечер пребывания на острове мы вкусили то, чем наслаждаются все одомашненные туристы на Бонайре – рестораны, сигары, мохито и живая креольская музыка на открытом воздухе прямо на берегу моря. Хорошо, романтично и аутентично... Ваще!

Наутро, наскоро позавтракав и прихватив снарягу, мы приковыляли к дайв-центру, где уже толпился разношерстный и разнокожий даверский люд. Судя по речи, здесь не было только эскимосов и представителей племени астматов. Первые, видимо, в знак протеста, что под воду не пускают в оленьих шубах и кухлянках, а вторые… А оно им надо – лезть под воду? Они сидят себе возле соломенных хижин в Ириан-Джае, коптят у костра своих предков и скоблят черепа согласно древним ритуалам. Да и дался им этот дайвинг! Другое дело весь остальной народ. Про америкосов и европейцев я уж и не говорю. Но сюда, конечно же, дружной гурьбой, в абсолютно одинаковых «неопренах» словно детсадовская экскурсионная группа, присеменили «чайнизы». Чуть поодаль, но, тоже не сильно распыляясь, гуртовались обвешанные навороченной видео- и кино-техникой «джапанизы». Слышалась тут и арабская, польская и даже неторопливая речь «горячих финских парней». Надо сказать, что местные дайв-гиды довольно споро и без излишней суеты быстро распределили этот вавилонский хоровод по дайв-ботам, чтобы отправлять в пучину разношерстных ластоногих без толкотни.

Погружение на Бонайре чаще всего осуществляют вдоль западного побережья, где известно более 50 мест погружений. Бонайре относится к островам Карибского моря с наименее загрязненной окружающей средой. Этим и объясняется, без сомнения, чрезвычайная жизнестойкость многочисленных видов губок. Ведь губки - примитивные, оседлые животные, которые в больших количествах фильтруют воду, чтобы извлечь из нее микроскопически мелкие частицы планктона, которыми они питаются. В водах Бонайре они принимают необычные, и даже причудливые формы.
Речь идет, прежде всего, о венценосной губке (Spheciosponyia), огромный сосуд которой может иметь высоту 1,0-1,5 м. Молодые губки могут менять место своего проживания, но относятся к медлительным животным, перемещаясь лишь на 2,5 см за три недели! У них нет разделения по признаку пола. Каждый индивидуум имеет сперматозоиды и яйцеклетки. Когда мужские половые клетки созревают, они лопаются и выпускают сперму. Она переносится водой к другим губкам. Сперматозоиды проникают в них и оплодотворяют клетки икринок. Образуется головастик, свободно плавающий в воде 24 часа, пока не теряет силу и не падает на дно. Здесь из него вырастает новая губка величиной с игольное ушко. К самым красивым видам, которые здесь можно встретить, относятся кубкообразные губки золотисто-желтого цвета, живущие колониями.
Разумеется, губки не являются единственной достопримечательностью в этих богатых животными водах. Небольшая глубина и защищенное от морских течений месторасположение снижают шансы встретить крупных животных. Но впечатления от окружения обогащаются за счет многочисленных моллюсков, раков, морских коньков, змеевидных звезд и, конечно же, самых удивительных видов кораллов. Рифы Alisa in Wonderland, Angel City известны не только большим разнообразием рыб, но и обширными образованиями из черных кораллов. В районе Angel City лежит тысячетонный транспорт «Hilma Hooker».
Бонайре – действительно, на мой взгляд, один из самых хорошо организованных дайверских курортов и считается «столицей дайвинга» всего Карибского бассейна. Природа на острове абсолютно нетронута. Здесь действительно можно встретить давно одичавших домашних животных, которые не стремятся вновь «упасть в объятия» прежних своих хозяев. Эта первозданность окружающей природы и морских парков – одно из главных достоинств острова.

На протяжении многих лет здесь придают колоссальное значение охране окружающей среды, особенно морской, в связи с чем разнообразию форм жизни и красоте рифов может позавидовать любой другой курорт Карибского моря. В районе соседних островов Аруба и Кюрасао можно обнаружить такое же разнообразие морской жизни - Нидерландские Антильские острова и Бонайре входят в тройку самых лучших дайв-регионов, признанных во всем мире. Но коралловое пространство, например, на Арубе хотя и большое, все же не сравнимо с Бонайре, где оно полностью украшено коралловыми рифами самых разнообразных видов. При этом именно Бонайре сам по себе обладает особым магнетизмом, устоять перед которым очень сложно. Прозрачные воды и легко доступные рифы привлекают сюда фанатов дайвинга со всего света. Бонайре, окруженный прославленным морским парком, «удобно расположился» на вершине подводной горы. Окружающие остров прибрежные воды уже около 30 лет являются зоной, закрытой для промысла и охраняются государством как морской заповедник. Морская акватория очень спокойна, здесь практически не бывает дождей и ветров. Возле острова водится более 300 видов рыб и огромное множество дельфинов.

Вдоль всего острова проходит  коралловый риф, за которым подводный склон круто падает в глубину. Несколько энергичных взмахов ластами — и вот ты уже паришь над отвесной стенкой, украшенной, словно персидский ковер, разноцветным живым узором. Если лень плыть до края рифа, то можно прогуляться по пирсу и нырнуть с его дальнего конца. Угодишь прямо на 20-25 м. В близости солидных глубин к отелям и состоит главная прелесть Бонайре и его неоспоримое преимущество перед многими другими местами, созданными природой и людьми для дайвинга. Фигурально выражаясь, на Бонайре погружение можно начинать прямо с унитаза – дернул ручку и пошел на погружение. Еще бачок не перестал журчать, а ты уже внизу.
Прекрасное состояние кораллового рифа и многообразие морской жизни на Бонайре поражают даже опытных дайверов. Достаточно сухой климат, температура воды от +25ºС до +28ºС, видимость под водой от 30 до 50 метров превращают Бонайре в идеальное место для занятий подводной фотографией и дайвингом на протяжении всего года. Недаром именно здесь проводится ежегодный семинар по подводным съемкам Digital Shootout in Bonaire, где специалисты демонстрируют самые новейшие приемы цифровой съемки и компьютерной обработки фотографий, а также проводят конкурсы с весьма ценными призами.
На страницах журнала "Scuba Diving magazine’s" приведены слова Ронеллы Кроес, Директора Корпорации Туризма Бонайре - "В течение более, чем двадцати пяти лет,  о. Бонайре, развивает экологический дайвинг, промышленность старательно защищает коралловые рифы и обеспечивает превосходный сервис для дайверов, приезжающих со всего света, и мы гордимся, что в течение пяти лет подряд дайверы признают их усилия и оценили Бонайре как "лучшее место для дайвинга" в карибско-атлантическов бассейне”.
Бонайре получил высшую оценку в четырех Карибско-атлантических категориях: "Самая здоровая Морская Окружающая среда", "Лучшее побережье для дайвинга", "Лучшее побережье для новичков",  "Лучшее побережье для фотографии", и взял второе место в категориях: "Морская Жизнь" и "Маленькие подводные обитатели". Кроме того, Бонайре - лучший в пятерке мест для дайвинга в категориях - "Топ-Видимость" и "Топ-место для продвинутых дайверов".

Что приятно удивило на Бонайре, так это то, что, не смотря на довольно небольшую территорию острова, на нем было чем заняться после погружений. Вернувшись в первый день после нырялки мы уже стали намечать свой вечерний ресторанный маршрут, полагая, что в заповедник сходить мы еще успеем, а вот если посещать в каждый вечер по ресторану, то как раз до отъезда мы сможем заполнить свои вечера. Но тут молоденькая мулатка пригласила нас на «шоу мистера Дона». Мы без оптимизма согласились, лишь только чтобы угодить симпатичной «шоколадке». Оказалось, что это было действительно зрелищное слайд-шоу, которое вел сам легендарный капитан Дон, хозяин ресорта. Он демонстрировал разнообразные слайды, сопровождая их красочными комментариями и невероятными историями из собственной жизни матерого дайвера, прожившего на острове более тридцати лет. Надо сказать, встреча произвела на нас с Андрюхой большое впечатление.
На следующий вечер на водном такси «Морская корова» мы поехали на необитаемый Кляйн-Бонайре, чтобы поставить для себя галочку о посещении еще одного мероприятия, но с намерением обязательно рвануть вечером в «Angel Floating Restaurant» - плавучий ресторан, который швартуется у Северного пирса в Кралендейке и совершает по вечерам регулярные рейсы по Кралендейкской бухте. Невероятно, но на острове, на котором не выращивают ничего съедобного, что было бы достойно упоминания, рестораны Бонайре удивительно успешно конкурируют по оригинальности кухни с лучшими мировыми брэндами - уже два года подряд островные шеф-повара и их рецепты берут призы на международных конкурсах. В этот ресторан тим вечером мы так и не попали. Зато во время поездки на остров, которая стоила всего 14 баксов на «рыло», мы классно провели время в компании с молодыми мальтийцами, побывав на отлично обустроенном ночном барбекю под звездным небом с холодным пивом, салатами, двумя видами мясных блюд и различной свежей рыбой. А далее, словно кадры из тропической мелодрамы, - небольшой круиз с легким коктейлем на фоне Карибского заката под аккомпанемент гитар, кастаньет, маракас и акапельное пение марьячос.
И надо сказать, в нашем культурном марафоне, за время пребывания на Бонайре, так и не было повторений. Нам удалось немножко поразвлечься виндсёрфингом в заливе Лак Бэй на досках с парусом, взятых там же на прокат. Этот залив хорош тем, он неоднороден по характеру своей акватории, и заниматься виндсерфингом здесь могут как новички, которым подойдут зоны отмели, более опытные спортсмены, выбирающие зону без сильного волнения на море, так и профессионалы, предпочитающие участки бухты с сильными волнами и ветром. На Бонайре круглый год тренируются лучшие спортсмены этого вида спорта. Именно здесь родились братья Тонки и Тэти Франс, которые входят в десятку сильнейших сёрферов мира.
За 50 баксов с носа мы выезжали в лодке на вечернюю рыбалку. Собственно, и выездом-то это назвать нельзя. Отъехав всего несколько десятком метров и пришвартовавшись к одному из буев, закрепленных специально для чалки рыбацких куласов, мы под пиво с бутербродами за довольно короткий срок вытащили в кулас ваху, пару дорад, небольшую барракуду, группера и еще какую-то рыбину, имени которой мы так и не запомнили.
На ранчо "Кунуку Варахама" нам дали покататься верхом на небольших норовистых лошадках, позволив, таким образом, почувствовать себя в роли тех самых конкистадоров, которые некогда провели здесь «рекогносцировку на местности», присовокупив территорию острова к испанской короне.

В один из вечеров, воздав должное холодному пиву в одном из местных баров, в достатке рассыпанных вдоль побережья, мы, по настоянию Андрюхи, заглянули в казино отеля "Divi Flamingo Beach", в которое, в отличие от казино отеля "Plaza", отдыхающие бездельники заходят босиком и в шортах. После того, как Андрюха в течение короткого времени спустил сотню зеленых, мы возместили горечь потери, вдоволь нарезвившись на взятых напрокат скутерах.
Мы позорно проиграли танцевальный марафон в баре "Karel's Beach Bar" двум парам молодых ребят из Аргентины. И то сказать – соревноваться в танцах с представителями племени, подарившего миру танго – это, ребята, скажу я вам, утопия. Зато Андрюха, при моей активной поддержке, выражавшейся в подбадривающих речёвках типа «Жеве Беларусь!» или «Бульба – самый экологически чистый продукт»,  выиграл все пять единоборств по армреслингу, вырвав победу у испанца, двух немцев, китайца и француза арабского происхождения. Поскольку присутствующие долго не могли вникнуть, что это за страна такая – Беларусь, где живут почти двухметровые хлопцы, то я безапелляционно приписал эту заслугу России, с чем все сразу же, разведя руки, согласились.

Но сколько за время пребывания на Бонайре мы еще так и не успели сделать! По тому же национальному парку «Вашингтон-Слагбаай» можно гулять не один день, неторопливо пыля по местным дорогам и разглядывая многочисленные стаи разнообразных птиц, варанов, игуан, диких козлов, одичавших домашних свиней, таких же ослов и прочее зверское население. Подняться на самую высокую точку Бонайре – холм Брандарис, с которого открывается великолепная панорама на весь остров. Понаблюдать за пасторальными сюжетами из жизни розовых фламинго на южных болотах рядом с маяком Уиллемсторен.   
  
Можно посетить музей "Boneriano", в котором есть обалденная коллекция ракушек с попадающимися среди них шедеврами прикладного искусства, археологические находки, фотографии каменного века и многое другое. Побывать в древних пещерах к северу от Кралендейка, побродить и поторговаться при покупке сувениров с продавцами на местном рынке на старой набережной в центре столицы или купить жанровую пейзажную зарисовку местных гогенов и босхов, коих тут десятки. А потом посидеть в одном из многочисленных баров и посмаковать холодное пиво под хриплое пение антильско-креольских исполнителей.
А если остаются еще силы после погружений в местные коралловые заросли, вы можете опробовать свою ракетку на местном корте и отомстить аборигенам и приезжим за все проигранные нашими ребятами Уимблдоны! Теннисные корты есть в отелях "Plaza", "Harbor Village", "Sand Dollar" и в других местах. А можно взять на прокат каяк и прокатиться по мангровым зарослям, где для усиления кайфа можно понырять с маской и трубкой, рассматривая подводных обитателей в естественных условиях их обитания. Если же катание на каяке вас не прикалывает, то в "Karel's Beach Bar", расположенном в деловом квартале Кралендейка, можно оттопыриться на водных лыжах, парашюте или банане. Впрочем, это удовольствие можно получить в почти каждом прибрежном отеле.
На Бонайре каждый найдет себе занятие и увлечение по душе, отдаваясь лучам солнца, ветру и предаваясь беспечному отдыху. В то время, как задвинутые на своем увлечении дайверы, проверяют, складывают и раскладывают снаряжение, зависают на поверхности или куролесят в коралловых зарослях под водой, их земноводные спутники и спутницы плющатся на солнце и сгоняют граммы, ну, или килограммы в спортивных усладах на пляжах. А подрастающие чада, чьи загорелые попки поблескивают под жаркими лучами тропического солнца, поглощены строительством песчаных замков или выбором какого-либо вида мороженного в барах «Любители мороженного» и «Карибен эт Приска».
Не смотря на то, что размещение в нашем ресорте было вполне комфортным, в номере мы только ночевали и хранили часть снаряжения. Да Андрюха поздними вечерами или ранними утрами занимался Интернет-спекуляциями. Разнообразие выбора развлечений обеспечило нам ежевечерние новые впечатления. Мы даже и не успели толком осознать, каковы перспективы нашего отдыха в ближайшие дни, как нагрянул день отъезда на родину. Именно нагрянул. Внезапно. И вновь мы оказались перед необходимостью продолжительного перелета. Но и перелет, в принципе, пролетел довольно быстро. Мы почти всю дороги, насытившись впечатлениями и коктейлями, постоянно дремали. И сейчас, уже спустя некоторое время после поездки, я понял, что дайвинг и само пребывание на Бонайро меня здорово зацепили. Мне так не хватает сейчас этих сумасшедших, неповторимых карибских вечеров с их закатами, креольскими напевами, коктейлями на основе ликера куракао и мохито!
Я вдруг осознал, что не уметь танцевать «сальсу» - это мой недостаток, который надо преодолеть. Мне надо вновь поехать на этот антильский остров, я еще не все увидел, не обнырял все сайты, услышал не все песни. Я почувствовал, что это МОЙ остров, и мне просто надо быть там СВОИМ, надо впитать этот карибский образ жизни, который вместо крови начинает струиться по твоим жилам, начинает разносить кислород, необходимый для твоего организма.
Побывав на различных курортах Европы, Ближнего Востока и Юго-Восточной Азии мне зачастую приходилось наблюдать налет серости и скуки, утомленности и ленности, а зачастую подозрительности и даже озлобленности – качеств, так присущих посетителям, и, особенно, жителям упомянутых регионов. По этим качествам тем более можно безошибочно узнать соотечественников в любой части мира. На Карибах нет даже лёгкого намека на эти свойства человеческого характера. Глаза креолов открыты и полны энергии.

Перед отъездом, гуляя по набережной, мы остановились возле треноги с холстом одного из местных художников. Пожилой смуглый креол с слегка раскосыми, как у антилопы импала, глазами, оторвавшись от холста и мельком взглянув на нас, спросил, откуда мы. Получив ответ, он с интересом посмотрел на нас и широко улыбнулся, слегка вздернув брови. Он слышал о России, знает о Гагарине, в курсе, что Россия в свое время помогала лидеру Гренады (одно из Карибских островных государств) Морису Бишопу, что ему симпатичны россияне, хотя он и редко встречался с ними в своей жизни. Мы вежливо улыбнулись в ответ, поблагодарили за теплые слова, но, к сожалению, мы через несколько часов уже уезжаем, мелких денег почти не осталось, поэтому вряд ли сможем приобрести какую-либо из его картин. Он улыбнулся еще шире, из глаз его буквально брызнули искры безудержного веселья. Не надо покупать его картины. Он дарит нам свою картину, ту, где изображена гладь залива Лак Бэй с скользящими по гребню волны сёрферами и летящими над ними чайками. Насыщенный цвет морской волны сочетался с цветом и блеском его глаз. Пусть она напоминает российским кавальеро о его маленькой стране, затерявшейся в карибских водах. А когда они приедут в следующий раз, а они обязательно приедут, он в этом ни сколько не сомневается, то, может быть, тогда и купят одну из его картин. И, может быть, даже угостят его стаканчиком кальвадоса. Но это просто так, в знак старой дружбы. Вот по этому поводу можешь не беспокоиться, амиго!
 
Гладышев Анатолий. 2007, ноябрь.